По традиции, два месяца выдержки впечатлений истекли, можно начинать рассказ. =)) Итак, в начале сентября мы ездили ловить бабье лето на север. На тот север, который везде называется Русским, с большой буквы. Понятие это по занимаемой площади довольно растяжимое, и мы решили сократить его до границ Кенозерского национального парка.

Парк находится в тысяче километров от Москвы, частично на территории Карелии, частью — в Архангельской области, и содержит в себе кучу как природных, так и исторических и архитектурных интересностей и достопримечательностей.

Времени у нас на все про все было немного — десять дней, включая дорогу из Москвы и обратно. В автомобильном плане мы подошли к вопросу серьезно и приехали на полноприводных тракторах, но в принципе птицы сильные практически везде в тех местах смогут проехать и на легковушке, особенно если дома их ждет новая подвеска в сборе и запасной бампер =)).

В первый день, выехав из Москвы на рассвете, мы в шесть рук (да, по три на машину) через Вологду, Вытегру и Пудож к вечеру дорулили до деревни Морщихинской (она же Анфаловская, она же Лекшмозеро, она же, как водится на севере — еще пяток разных названий). Находится она в сотне километров от Каргополя на берегу собственно Лекшмозера и примечательна тем, что до нее есть дорога от нее начинаются разные маршруты по парку, в том числе на Порженский погост, куда мы собирались сходить.

Прилючения не заставили себя ждать — уже на самом подъезде к Морщихинской, от вибрации на грейдере Трезетовская котлета решила отстрельнуть очередную лишнюю деталь в виде капота, покоцав при этом лобовое стекло. Драйвер и штурман обделались легким испугом, погрузили капот на крышу и потошнили дальше.

В Морщихинской нас ждала забронированная еще из Москвы обычная северная изба с русской печкой. Это, по большому счету, единственный возможный вариант туристического жилья на Севере, кроме палатки. В доме одна большая комната, за печкой некое подобие кухни, есть еще маленькая летняя светелка. Удобства в северных домах всегда здесь же, под одной крышей. Стоит это удовольствие 1000 р. в день, независимо от количества народу, за большой дом, и 500 р. — за маленький.

 

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

Наши трактора на фоне, собственно, дома

 

 

Никаких гостиниц и турбаз в этих краях нет, национальный парк предпринимает какие-то вялые телодвижения по привлечению туристов, но их приюты рассчитаны на теплое время года и большие организованные группы. По старой советской традиции, самостоятельные неорганизованные туристы местной администрацией таковыми не считаются и во внимание не принимаются. Кафе, баня, музей — все только для «групп». Мантра «мы группа из Москвы из шести человек, хотим баню (музей, нужное подчеркнуть)» заставит задуматься о серьезности ваших намерений.

Таким образом, вся нехитрая местная туристическая инфраструктура держится на редких энтузиастах-капиталистах, которые сдают дома, бани, лодки и оказывают прочие услуги, правда тоже сперва оценив количество геморроя, которое с вами можно поиметь. Остальные аборигены погружены в абсолютный дзен и заботы о сене, картошке и дровах. Корыстный интерес к заезжим проявляют только представители местной фауны — кошаки, собаки и алкаши. Кошаки сразу просекают, что кто-то понаехал, и толпами приходят клянчить еду (сгодится любая, даже вчерашние макароны). Собакам скучно копать картошку и они с удовольствием покажут вам деревню и парк. А алкаши на севере — вымирающий вид и им можно дать десятку на опохмел. Один такой слезно клялся, что принесет нам за нашу доброту банку варенья. Не принес.

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

Скотенька сделал жалобное лицо и просит добавки.

 

Магазины в крупных деревнях есть, но гарантированно вы там купите только водку, каргопольское масло и резиновые сапоги. Овощей нет (их все сами выращивают), фруктов тоже (их никто не выращивает), хлеб если есть, то его сразу нет, а белковую пищу на прилавке представляют перемороженные куриные лапы с когтями.

Замечательную сцену наблюдали в вершининском сельпо, куда жестокая судьбина закинула огромного мороженого морского окуня. К нему пришла тетя и хотела его купить, но потом устрашилась размера и цены и передумала. Окунь глядел на нее выпученным глазом на красной мятой башке и умолял избавить наконец от страданий. Душераздирающее зрелище, если учесть, что Вершинино находится на берегу Кенозера, кишащего рыбой.

В общем, пришлось припереть с собой два багажника еды и получать удовольствие. Кухни в домах есть, маньяки аутентичности ради могут готовить в печке.

Погода по приезду была зело поганая, поэтому картинок немножко:

 

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

На берегу Лекшмозера. За трактором виднеется двухместный luxury-suite.

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская

 

В следующий раз — о том как мы ходили в Масельгу, Гужово и на Хижгору.

Comments

comments

Из Москвы на Кенозеро. Морщихинская